30-й фестиваль

Альфия Хабибуллина: «Приход чужака вызывает желание доминировать»

08-08-2022

Режиссер конкурсного фильма «Император» – о психологии подростковых проблем и о том, как детали в кадре формируют мир главного героя.

– В этом году на «Окне в Европу» целая россыпь дебютантов и почти все их фильмы посвящены теме молодежи, подростков, их проблемной социализации. Расскажите, как к своей истории пришли вы.

В моем случае это не был целенаправленный поиск подростковой темы. Мне дали почитать сценарий, и меня он зацепил, тронул, я нашла там темы, которые волнуют меня. В фильмах про подростков могут затрагиваться как сугубо подростковые проблемы, так и те, которые волнуют всех, вне зависимости от возраста. В нашей истории есть и те и другие.

– Для вас эта картина – первый полный метр. Как проходил кастинг, где снимали? У меня возникали мысли, что это Ярославль, Иваново или Подмосковье.

Мы снимали в Выборге. В плане кастинга все было достаточно стандартно. Мы искали ребят – искали везде, начиная с актерских институтов и заканчивая соцсетями, искали достаточно долго, практически полгода. В итоге взяли несколько профессиональных актеров, которые заканчивали институт, все остальные – непрофессионалы. Еще на питчинге ко мне подошла агент Володи Сарапульцева, нашего главного героя, сказала, что ей очень нравится история. Мы с ней обменялись контактами. Прошло полгода, и она начала высылать нам своих артистов. Я видела фото Володи и совсем не увидела в нем нашего Арса, у меня вообще был образ брюнета. Мы его долго не звали на пробы. Шел кастинг, но никого подходящего мы не могли найти – ни у кого не было необходимой энергии. В какой-то момент я вновь посмотрела на фото Володи и подумала, что нужно позвать его. Он пришел, сел и еще ничего не сказал, но я уже по глазам поняла, что это он, наш Арс. При этом Володя – профессиональный артист и очень ответственно готовился к картине. Для роли он начал бегать, хотя в фильме это не главный момент, также был самым внимательным при читке, задавал больше всего вопросов о роли и погружался в нее, жил в квартире, в которой живет Арс.

– Еще один режиссер-дебютант Игорь Поплаухин рассказал нам, что ему очень повезло с продюсерами – те не ограничивали его творческую свободу. Как было в вашем случае?

В какой-то степени продюсеры были лояльны. Они не делали правок в сценарии, не возражали против того, что я хочу снимать не в Москве и не в Подмосковье, давали свободу в подборе актеров – с моими творческими решениями никто не спорил.

– Поплаухину также сказал, что ему очень повезло с оператором – Евгений Родин его полноценный соавтор. У вас на картине оператор был скорее соавтором или это параллельная творческая величина?

Была плотная работа с оператором Даниилом Фомичевым. Он такой человек, которому важно быть в контакте с режиссером, понимать, о чем он снимает. У нас было невероятное количество читок.

– Вернемся к буму кино про молодежь, подростков. Чаще всего затрагивается тема жестокости, дикости, враждебного отношения к не такому, как все. Как вам кажется, откуда берутся эти качества в молодых людях – это врожденное или результат социализации?

Я думаю, что это присущие человеку инстинкты. Приход чужака вызывает желание доминировать. С одной стороны, есть новенький, его нужно поставить на место. А с другой – психология. У героя, которого называют «Неженка» – главного задиры, есть особенная психопатия: то, как он ставит на место главного героя, – это его характерная черта.

– Мир вашего героя – его комната – наполнен причудливыми предметами: радиолокатор, деревянный кит, проектор, коптер, книги по восточной философии. Как вы придумывали эти детали и как вы их интерпретируете?

Радиоустановка была в сценарии – Арс увлекается электронным голосовым феноменом, извлечением голосов мертвых. Кита привнесла я – мне хотелось, чтобы в комнате Арса был предмет, который он соорудил сам, и чтобы этот предмет отражал его внутреннее состояние. С помощью проектора он смотрит видео, которое снимает с коптера. По моей задумке эти детали формируют образ героя: кит – про некую глубину в океане, коптер – про небо. Арс все время как будто где-то на глубине или в высоте, но никогда не соприкасается с землей. А книги на тему китайской философии – это тоже про что-то отвлеченное, далекое и древнее.

– Ваш фильм навел на мысли о «Долгих проводах» Киры Муратовой: там тоже герой с помощью проектора смотрит кадры, есть мотив отсутствующего отца, который находится где-то в Африке. Разница, кажется, в том, что персонаж вашего фильма увлекается Азией. Были ли у вас какие-то осознанные референсы или переклички с другими картинами?

Изначально на питчинге мы указали в качестве ориентира несколько картин: фильмы Кена Лоуча, Динары Асановой и «Последнее пристанище» Павла Павликовского, где мне понравилось совмещение документальной и игровой эстетик. У Асановой мне нравится, что все герои живые, неоднозначные, сложные – они настоящие подростки. Что касается Лоуча, то мне просто близка его эстетика. Но когда мы снимали фильм, забыли про все референсы, не было такого, чтобы я говорила: «Так, мы снимаем, как у того режиссера». Мы старались делать по-своему.

Беседовал Никита Третьяк
Фото: Геннадий Авраменко



Фестиваль проводится при поддержке
Министерства культуры Российской Федерации

Партнеры